Намеренное повреждение, вывал и обезвершинивание деревьев: инструменты для ускорения одичания лесов Шотландии

На фото: Деревья сосны обыкновенной в лесу Абернети вывалены, чтобы разнообразить среду обитания и создать мертвую древесину для насекомых. Автор: Марк Хэмблин/The Guardian

Упорядоченные сосновые плантации в Кэрнгормсе разрушаются в рамках плана, направленного на то, чтобы природа процветала.

Плантации сосны обыкновенной в лесу Абернети — это эталонные насаждения с точки зрения лесного хозяйства: высокие, прямые и густые. Эти плантации были созданы в 1930-х годах. Заготавливаемая здесь древесина использовалась для самых разных целей: из неё делали и корабельные башни и бревна для укрепление траншей. Теперь, в рамках крупнейшего в Великобритании проекта по восстановлению земель, этот лесной массив преобразуют таким образом, чтобы максимально приблизить к структуре естественных лесов. Хотя гулять по созданному и ухоженному человеком легко и приятно, природа предпочитает, чтобы все было менее упорядоченно.

Корявые старые и большие деревья лучше подходят для лесных видов, поэтому защитники природы, работающие в рамках партнерства Cairngorms Connect, намеренно устраивают беспорядок и искусственно старят деревья в рамках своих усилий по восстановлению старого каледонского соснового леса Шотландии до того дикого и не регулярного состояния, которое он имел во времена своей исторической славы.

Общая площадь проекта Cairngorms Connect — 600 кв. км (230 кв. миль). Ежегодно партнеры его реализующие тратят более 40 000 фунтов стерлингов в год на реструктуризацию плантаций, которая включает в себя ряд мер по улучшению дикой природы, от искусственного старения деревьев до изреживания коммерческих плантации. С 2019 года было реструктурировано более 10 кв. км сосны обыкновенной. «Здесь нам нужны искривленные, раздвоенные стволы, нам нужны деревья с более открытой кроной», — говорит Джереми Робертс, руководитель программы Cairngorms Connect, который показывает мне окрестности. Лес покрыт кружевом паутины, а губчатая лесная подстилка усеяна ягодами черники.

Джереми Робертс осматривает корневые лапы специально вываленных деревьев сосны обыкновенной. Фотография: Марк Хэмблин/The Guardian

Древние естественные леса страдали от бурь и вываленные деревья никто не утилизировал. По ним передвигались большие группы крупных копытных, которые повреждали деревья и создавали луга, поляны и редины. Сегодня, защитники природы воспроизводят этот процесс, используя лебедку и веревки, чтобы свалить деревья. Они также окольцовываю некоторые стволы, соскабливая кору, примерно так, как это делают крупные животные, тем самым вызывая медленное ослабление и отмирание дерева. Местами кажется, что гигантский голодный бобр прогрыз себе путь через лес. Лесной хирург даже срезал верхушку одного из деревьев и теперь над его мертвой древесиной трудится дятел.

«Самая полезная вещь — разредить лес, сделать больше лесной среды обитания для глухаря и тетерева, и это может произойти на удивление быстро. «Джереми Робертс, Cairngorms Connect

В этих однородных лесах содержится менее 15% валежной древесины, которая должна быть там. Со стороны защитников природы может показаться странным намеренно повреждать деревья, но мертвая и гниющая древесина является важной средой обитания. Эти сосновые леса являются наиболее важными местами обитания жуков, для существования и размножения которых необходим валежник. Специалисты по охране природы Шотландии зарегистрировали здесь 144 вида сапроксильных жуков, 32 из которых относится к исчезающим видам.

Попадание света на лесную подстилку помогает прижиться светолюбивым видам деревьв, таким как береза, рябина и можжевельник, которые не могут выжить в густом лесу. «Златовласки большее количество света на плантациях сосны обыкновенной всегда полезно. Если его будет слишком много то и вы получите преобладание вереска, слишком мало света, и вы получите преобладание травы или мертвый покров из хвойного опада», — говорит Робертс.

Регулируемая коммерческая плантация сосны обыкновенной в Гленморе. Фотография: Марк Хэмблин/The Guardian

Земля Cairngorms Connect является домом для 55% популяции глухаря в Великобритании, и 90% из них находятся в лесу Абернети. Глухарь, как и другие птицы, гнездящиеся на земле, нуждаются в завалах бревен, которые обеспечивают им убежище и укрытие. Открытые корни обеспечивают глухарей пылью, необходимой для поддержания перьев в хорошем состоянии и избавления от паразитов. «Самая полезная вещь — разредить лес, сделать больше лесной среды, пригодной обитания для глухаря, и это может произойти на удивление быстро, если вы контролируете численность оленей», — говорит Робертс.

Cairngorms Connect — крупнейший проект восстановления земель в Великобритании.

В настоящее время проект имеет 130 кв. км леса. Цель состоит в том, чтобы удвоить это количество в рамках 200-летнего видения, в основном за счет естественного возобновления, а не массовой посадки. Молодые леса выливаются на территорию вересковых пустошей как река, но для реализации этого сценария необходимо выполнение одного ключевого условия? регулирование численности оленей.

В начале 2000-х на квадратный километр приходилось более 25 оленей; теперь есть только один или два. Численность оленей была так быстро и к успешно сокращена, потому что все землевладельцы, участвовавшие в проекте, согласились с тем, что это необходимо.

Цветы вереска на поляне в каледонском сосновом лесу в Гленморе. Фотография: Марк Хэмблин/The Guardian

Проект Cairngorms Connect имеет финансирование в размере 9 млн фунтов стерлингов, в том числе около 3,7 млн ​​фунтов стерлингов из Программы исчезающих ландшафтов. В число землевладельцев, участвующих в проекте, входят RSPB, Forestry and Land Scotland, NatureScot и Wildland, — владение принадлежащее датскому миллиардердеру Андерсом Холчем Повлсеном. Этот ландшафт повреждался и видоизменялся человеком на протяжении веков. Цель проекта состоит в том, чтобы «повернуть реку времени вспять»: повторно заболотить торфяники и восстановить леса.

В отличие от других природоохранных проектов, Cairngorms Connect охватывает обширную территорию непрерывной земли, принадлежащей горстке землевладельцев. Государственное агентство Forestry and Land Scotland почти 100 лет управляет лесным парком Glenmore, RSPB работает в Abernethy 60 лет, NatureScot 60 лет работает в Invereshie, а Повлсен купил Glenfeshie (гостиница с живописными окрестностями) в 2006 году.

С 2014 года четыре высокопоставленных представителя от каждой организации встречались с администрацией национального парка Кэрнгормс почти каждый месяц. Если ключевое лицо не могло провести встречу, ему не разрешалось отправлять доверенное лицо. «Это сплоченная группа людей с большим доверием, что делает ее безопасным пространством для вызовов, и именно здесь рождаются отличные совместные идеи», — говорит Робертс.

Джереми Робертс с оборудованием для регистрации видов жуков в лесу Абернети. Фотография: Марк Хэмблин/The Guardian

В 2016 году проект начинался достаточно сдержанно, потому что в соответствующих областях уже выполнялась большая работа, но такие задачи, как управление оленем, более эффективно решаются только на больших территориях. Если вы сократите количество оленей, то создать новые леса в местах, где уже есть лесная растительность довольно легко. По вересковой пустоши, сосновые семена рассеиваются на расстояние 150 метров от родительского дерева. Если плотность оленей ниже четырех на квадратный километр, то сосна обычно успешно восстанавливается.

Согласно отчету за 2020 год, в Шотландии насчитывается до 1 миллиона диких оленей, что может серьезно помешать национальным усилиям по увеличению лесного покрова. «Приоритет здесь — расширение лесов. Все партнеры добиваются расширения лесов за счет борьбы с оленями», — говорит Робертс.

Мы выходим на открытую площадку, ведущую к ривоанской башне, где растут молодые саженцы. «С одной стороны тропы из семян, посаженных зимующими дроздами, такими как рябинники и краснокрылки, формируется рябиновый рябины», — говорит Робертс. Птицы питаются ягодами, а затем уходят в вереск на ночлег, по пути сбрасывая семена, из которых вырастают саженцы.

Элли Димамбро-Денсон (справа) и научный сотрудник Макс Коллинз осматривают ловушку для мотыльков на рассвете в лесу Гленмор. Фотография: Марк Хэмблин/The Guardian

На следующее утро я просыпаюсь в 5 утра, чтобы непосредственно в дикой природе увидеть, какое влияние сделанные инвестиции оказывают на разнообразие видов. Элли Димамбро-Денсон, наблюдатель в Cairngorms Connect, проводит высотное обследование мотыльков на холме недалеко от центра для посетителей Гленмора, используя световую ловушку Робинсона. К нам присоединяется то, что кажется миллионом мошек.

Эти ловушки устанавливаются один раз в месяц в период с мая по сентябрь на разных высотах: самая низкая — 300 метров, а самая высокая — 900 метров. Мотыльки — отличный вид-индикатор, потому что они разнообразны и быстро реагируют на изменения в ландшафте.

«Мы можем получить очень много данных за один сеанс», — говорит Димамбро-Денсон. «Мотыльки имеют относительно быстрые репродуктивные циклы и поэтому способны быстро колонизировать территории и реагировать на изменения среды обитания, особенно внезапные изменения, такие как посадка деревьев и другие прямые управленческие работы, в короткие сроки». Она насчитала 469 бабочек 39 видов (плюс еще 46 микробабочек), в том числе редко встречающуюся в стране желтоперую бабочку. В целом это является относительно большим и разнообразным уловом. Сюда также входят серная моль, гусеницы которой питаются терновником, боярышником и рябиной, и зеленая ковровая моль, гусеницы которой питаются дубом и рябиной. Их присутствие свидетельствует о том, что регенерация широколистных растений протекает успешно. « Прошло совсем немного времени с начала проекта, но Вы можете увидеть ответ на свои вопросы.. Это очень интересно», — говорит Димамбро-Денсон.

Идентификация мотыльков в лесу Гленмор. Мотыльки — хороший вид-индикатор, потому что они быстро реагируют на изменения в ландшафте. Фотография: Марк Хэмблин/The Guardian

Регулярные отловы мотыльков и анализ их численности и видового состава показывают, в каком направлении меняется ландшафт. То, что Димамбро-Денсон сделал этим вечером, повторяется каждый год и складывается в динамические ряды, характеризующие происходящие изменения. Аналогичные мониторинговые исследования проводятся в отношении птиц и растительности. «Вы можете вернуться через 5, 10 или 100 лет и повторить их снова», — говорит она.

Пейзаж превращается в сложную мозаику мест обитания, но основные ингредиенты просты: сокращение численности оленей и предоставление ландшафту времени и пространства для восстановления. Данный проект не позиционируется как проект восстановления дикой природы человеком. В данном случае у руля находится природа: земля естественным образом покрывается мозаикой новых лесов, болот, ручьев и рек и ландшафт постепенно приближается к своему исходному, — дикому состоянию.

Фиби Уэстон
The Guardian, Сб, 29 января 2022 г.

Похожие записи

Добавить комментарий