Леспром национализируют? (РФ)

В условиях санкций отрасли нужна новая политика

Беспрецедентный режим санкций, с которым столкнулась наша страна, заставил многие отрасли экономики встать на мобилизационные рельсы. Лесопромышленный комплекс России, во многом ориентированный на экспорт выпускаемой продукции, не стал исключением.

В связи с этим понятен большой интерес (число участников превысило 150 человек) к Международному форуму «Лесная промышленность России: заготовка, переработка, производство (организатор — компания Vostock Capital)», прошедшему в конце марта в Москве. И дело уже далеко не в ковидных ограничениях, из-за которых специалисты несколько лет не могли собраться «вживую» и полноценно общаться. На пленарном заседании, круглых столах и даже кулуарных «полях» форума всех волновал один вопрос: как будем жить в новых экономических условиях?

НЭП для отрасли

Задавая деловой тон мероприятия, эксперты Аналитического центра при правительстве РФ перечислили ряд традиционных для ЛПК, а также новых проблем. Это, в частности:

  • неэффективность лесопользования: несмотря на колоссальные площади лесного фонда, по объему заготовок Россия занимает, по оценкам Faostat за 2020 год, только пятое место;
  • экстенсивное лесопользование приводит к истощению сырья, и компании вынуждены работать в экономически менее привлекательных районах, что ведет к увеличению логистических издержек и стоимости конечной продукции;
  • интенсивность использования лесов и реализация лесоматериалов ограничены низкой плотностью лесных дорог и транспортных путей, а также размещением предприятий преимущественно в европейской части при концентрации лесных ресурсов – в азиатской;
  • непрозрачность рынков: сложности отслеживания древесины от заготовки и транспортировки до таможенного оформления и вывоза за пределы страны, способствующие развитию теневого сектора;
  • низкая рентабельность: убытки отрасли в 2020 году составили 1,6 млрд руб., а рентабельность ЛПК за 15 лет в среднем не превышает 3%;
  • сокращение доли экспорта, связанное с приостановкой сотрудничества с иностранными партнерами (снижение спроса на российскую продукцию, приостановка поставок оборудования, технологий и материалов для производственного процесса), а также угрозой неисполнения обязательств по текущим контрактам.

Таким образом, при значительном экономическом потенциале доля лесного комплекса в ВВП России составляет всего 0,7%, а валовая добавленная стоимость – всего $1,8 на 1 га лесного фонда (это почти в семь раз меньше, чем в Канаде, и почти в пять раз меньше, чем в США).

Обозначив проблемы отрасли, эксперт Аналитического центра при правительстве РФ Андрей Пешков отметил, что выработку новой экономической политики ЛПК следует нацелить на формирование новых отношений производителей и потребителей продукции: определять «правила игры» должны держатели лесного ресурса.

Участников встречи, на которой собрались руководители крупнейших предприятий, представители правительства и регуляторных органов, а также поставщики деревообрабатывающего оборудования и технологий, поначалу пытался успокоить председатель Общественного совета при Рослесхозе Владимир Морозов, который предложил четкие идеи для спасения профильной отрасли от санкционной ямы. Разрушение прежней модели работы предприятий отрасли нужно рассматривать как возможность для роста в рамках новой экономической модели России уже в среднесрочной перспективе. По мнению главы Общественного совета, либеральная, сугубо монетарная политика, при которой все определяется «невидимой рукой рынка», должна уступить место консервативной, при которой главный актор экономического развития – государство. Для этого необходимо усилить госмонополию на лесные ресурсы и исключить их передачу в частные руки. Крупные активы, от которых сейчас отказываются зарубежные компании, предлагается ни много ни мало национализировать, чтобы сохранить занятость на местах, не останавливая производство.

При сокращении экспорта лесобумажной продукции Владимир Морозов пророчит бурное возрождение внутреннего рынка потребления. По его мнению, в ближайшую пятилетку с помощью мер государственного стимулирования он достигнет 75%. Максимум четверть заготовленной древесины разной глубины передела пойдет на экспорт в дружественные страны Азиатско-Тихоокеанского региона. А реализовать такую стратегию невозможно без нового Лесного кодекса, в котором можно прописать идеи советского госплана и системы распределения.

Право на ресурс должно быть незыблемым

Надо отметить, что не все участники форума с энтузиазмом восприняли предложение национализировать лесные активы. Согласившись в целом с необходимостью принятия нового Лесного кодекса РФ в нынешних экономических реалиях, директор по взаимодействию с государственными органами власти Архангельского ЦБК Николай Кротов высказался против того, что крупный бизнес не должен быть частным. «Вы инвесторов разубедили вкладывать деньги», – заявил он.

По его словам, новый кодекс нужно сделать проще нынешнего, в который внесено уже 50 блоков поправок, и с каждым новым этот огромный и путаный документ становится только хуже. Кроме того, при его составлении должно доминировать мнение промышленников. «Если нам нужен устойчивый бизнес, то законодательство по лесу должно быть сформировано с обязательным приоритетом экономически выгодного ведения хозяйства в наших лесах», – призвал спикер участников встречи.

«Все решения регуляторов для леспрома должны быть понятными участникам отношений и последовательными, – продолжил Николай Кротов. – У нас давно сформированы лесопромышленные кластеры на территориях. И не надо упражняться в предоставлении лесных ресурсов за какие-то мифические деньги на аукционах. Действующие, работоспособные компании, которые уже много лет занимаются переработкой древесины, должны получать ее не по общим правилам, а с преференциями, потому что у нас есть действующие коллективы. А там, где нет лесного бизнеса, изначально необходимо сформировать условия, чтобы бизнес зашел туда с максимально комплексной переработкой древесины».

Бизнесмены должны понимать, что для них изменится с принятием нового Лесного кодекса, справедливо считает эксперт. «Наше право на ресурс должно быть незыблемым. Лесной бизнес долгоиграющий, и, чтобы остаться, он должен понимать, что его права и инвестиции не отняты. Мы и так много денег вкладываем в то, что не считается лесными инвестициями. Мы строим лесные дороги, которые федеральными становятся по закону. Мы создаем лесные культуры, которые станут товарной ценностью за пределами нашего срока аренды. Мы тушим лесные пожары и принимаем множество противопожарных мер. И все это делаем в “арендованной квартире” за свой счет! А вероятность того, что нас могут из нее выселить, становится все выше и выше», – обрисовал взаимоотношения бизнеса и власти Николай Кротов.

Как быть с добровольной сертификацией

Отдельно представитель Архангельского ЦБК остановился на экологизации производства, позволившей внедрить методы устойчивого использования природных ресурсов. Однако, оказалось, что та же добровольная сертификация – это мыльный пузырь, по его образному выражению. Между тем, несмотря на решение FSC International о приостановке действия всех российских торговых сертификатов, руководство Архангельского ЦБК заявило, что сохранит взятые добровольные обязательства по защите лесов высокой природоохранной ценности, в том числе малонарушенных лесных территорий, критически важных для климата, и обеспечит целостность цепочек поставок древесины из лесов, ответственно управляемых компанией.

Участники форума согласились, что приостановка деятельности международных органов сертификации лесоуправления создает дополнительные риски снижения конкурентоспособности на мировом рынке. Они пришли к мнению, что в нынешних условиях необходимо создание и внедрение национальных систем сертификации и их признание на мировой арене.

В числе срочных мер поддержки отраслибыли названы следующие:

  • введение моратория на расторжение договоров аренды лесных участков;
  • введение отсрочки по уплате арендных платежей за использование лесов в целях заготовки древесины;
  • предоставление приоритетного доступа к железнодорожной инфраструктуре с целью перенаправления продукции из древесины с высокой добавленной стоимостью с традиционных экспортных рынков на новые, в частности на азиатском направлении;
  • снижение порога входа на рынки стран, не относящихся к недружественным, а также поиск контрагентов;
  • снижение или полная отмена пошлин на не имеющие аналогов в России оборудование, комплектующие, расходные материалы и запасные части, поступающие из других стран;
  • поддержка создания и развитие инжиниринговых центров на базе ведущих вузов для стимулирования лесного машино- и станкостроения.

Разворот от Европы в Азию

Отказ европейских стран продолжать работу с российскими компаниями, прогнозируемо усилил внимание российских предпринимателей к Азиатско-Тихоокеанскому региону. В связи с этим большой интерес вызвал доклад руководителя направления АО «Корпорация Дальнего Востока и Арктики» Андрея Фёдорова о мерах поддержки бизнеса при освоении лесных ресурсов в этих регионах. Докладчик сообщил, что на Дальнем Востоке реализованы 12 приоритетных инвестиционных проектов в области освоения лесов: пять в Хабаровском крае, по три в Приморском крае и Республике Бурятия, один в Амурской области. Построены и введены в эксплуатацию предприятия по производству пиломатериалов, плит, шпона, паркета, картона, целлюлозной продукции, биотоплива. Еще два проекта в Приморском крае и Еврейской автономной области на стадии реализации. Фактический объем привлеченных инвестиций в названные проекты составляет около 41 млрд рублей.

Одобрены заявки на включение в перечень приоритетных двух проектов Минпромторга России: комплексная модернизация действующего Селенгинского целлюлозно-картонного комбината в Республике Бурятия и создание компанией «Евразлес» современного деревообрабатывающего предприятия на Сахалине.

По словам Андрея Фёдорова, на Дальнем Востоке есть нераскрытый потенциал для развития отрасли. Так, площадь свободной лесосеки там составляет 102 млн м3. Такой же объем неиспользуемой древесины можно заготавливать без ущерба для экологии каждый год. При этом в регионе одна из самых низких в мире цена сырья – всего 150 руб./м3. К этому добавляется ряд преференций от государства тем компаниям, которые будут заниматься глубокой переработкой древесины.

Разумеется, упомянутыми выступлениями и темами повестка не ограничилась. Доклады спикеров то и дело вызывали живую (а иногда и жаркую) дискуссию. Также ключевые компании лесного сектора поделились опытом, обсудили реализацию инвестпроектов в современных условиях, договорились о дальнейших встречах для разработки новых правил деятельности лесного комплекса. 

Евгений Семенов
ЛесПромИнформ №3 (165), 2022 г.

Похожие записи

Добавить комментарий