М.Попков: Лесные проблемы Украины в зеркале статистики

Ниже приводится текст доклада сделанного на последнем круглом столе по итогам первого года работы проекта ПРОФОР в Украине М.П.

Уважаемы коллеги!

Одно из моих заданий в проекте – сбор и анализ государственной статистики по лесам и лесному сектору за 2016 год. Однако содержание работ было значительно расширено, прежде всего за счет анализа ведомственной статистики, а также расширения временного диапазона. В настоящее время завершатся обработка данных за 2017 год. По всем основным разделам мы старались отслеживать динамику показателей  за 10-20, а  иногда и 60 лет.

За помощь в сборе первичной информации и участие в обсуждении различных аспектов работы я хочу выразить глубокую признательность специалисту Госстата Украины Наталье Гусевой, Народному депутату Украины Остапу Еднак и его помощнику Василию Сехину, а также своим коллегам и друзьям Петру Бевскому, Виталию Сторожук, Алексею Слензак, Людмиле Макогончук, Оксане Коваленко, Владимиру Тихому, Сергею Кубаху, Валерию Подкорытову, Ивану Черевко и Роману Олейнику.

Свое сегодняшнее выступление я попытался построить таким образом, чтобы связать оба направления своей работы: анализ статистики и обоснование реформ.

Источником информации  о структуре лесных земель послужили данные земельного кадастра на 1.01.2016. года. С учетом Крыма и окупированной части Донбаса в Украине учтено 10,6 млн.га лесов и прочих лесопокрытых площадей. Оперируя этой цифрой, следует помнить, что около 7% территории не подконтрольно правительству

Особенностью украинского лесного права является отнесение к лесу древесно-кустарниковой растительности, которая во всем остальном мире лесом не считается: линейные посадки по полям, вдоль дорог, водоемов и других объектов, кустарники, плантации и иные временные типы древесной растительности на землях с.-х. назначения. Переход к европейскому понятию леса значимо уменьшит площадь собственно лесов особенно в областях степной и лесостепной зон.

Процесс оформления прав собственности и пользования землями в Украине далек от завершения. Как следствие, точных данных о структуре собственности на леса и лесные земли в стране нет. Однако данные Земельного кадастра дают представление о распределении «лесов и других покрытых лесом земель» по категориям собственников и пользователей.

  • частные леса в Украине принадлежат в основном гражданам и представляют собой мелкие участки насаждений, более половины которых – линейные посадки и кустарники. За их вычетом в собственности граждан находится 0,1% от общей площади лесов. Это мелкоконтурные участки лесной растительности, непригодные для ведения правильного лесного хозяйства.
  •  99,9% лесов и лесопокрытых площадей находится в публичной, в основном государственной собственности.
  • 84.1% земель, покрытых настоящим лесом, находится в пользовании специализированных предприятий лесохозяйственных предприятий.
  • Около 14,5% всех «лесных и лесопокрытых земель не переданы в пользование. Нет конкретного хозяина у 80% полезащитных полос, 77% кустарников и 8% лесов.

В стране до сих пор нет реестра лесопользователей, однако с большой долей точности представление о нем можно получить по реестру субъектов, представляющих государственную статотчетность по форме 3лх.

Его анализ показывает, что:

  • Все частные и большинство коммунальных лесохозяйственных структур пользуются землями государственной собственности. Многие из них не имеют правоустанавливающих документов, в связи с чем их права сомнительны;
  • процесс формирования коммунальной собственности на леса проходит стихийно. В 14 областях коммунальных лесов вообще нет. Коммунальные субъекты хозяйствования в остальных 10 областях учреждены органами власти разного уровня и в значительной мере пользуются де-факто государственными лесами и землями;
  • права частных и коммунальных структур на постоянное пользование государственными лесами надлежащим образом не оформлены и постоянно оспариваются в судах;

Существуют значительные площади земель, заросших естественной лесной растительностью. Согласно определения Лесного Кодекса, — это леса, однако в земельном кадастре они продолжают числится пашнями, залежами, пастбищами и сенокосами. Их площадь не известна. Их будущее не определено.

Основную роль в лесообеспечении страны играют  лесохозяйственные структуры централизованного подчинения, прежде всего предприятия Гослесагентства. На их долю приходится 77% площади управляемых  лесов, 82% общего объема заготовки и 86 объема заготовки деловой древесины, являющейся сырьем для лесной промышленности.

В отличие от стран стран ЕС, где «лес» — земельный участок покрытый лесной растительностью, являющийся недвижимым имуществом, в Украине «лес» — природный комплекс, в состав которого земля не входит. Имуществом он не является. Этот подход имеет далеко идущие следствия, которые отражаются и в статистике. К примеру сравнение лесных земель и лесов по целевому назначению во многих случаях не связано. Это создает коллизии, значимо влияет на правовой режим территорий, не способствует организации эффективного и устойчивого многоцелевого лесопользования.

Проект сформировал свои позиции в части гармонизации земельного и лесного законодательства и рекомендовал:

  1.  Изменить содержание понятия лес, определив его как правовое единство земли и древесной растительности и признав недвижимым имуществом.
  2. Исключить из состава лесов линейные посадки, плантации, защитные, мелкие и временные насаждения на землях с.-х., отнести их к другой древесной растительности и снять ограничения по созданию на землях с.-х. назначения
  3. В явном виде сформулировать государственную позицию по формированию собственности на леса и другие древесные посадки.
  4. Делегировать собственникам земель и органам государственной власти областного уровня право определять судьбу естественных лесов, возникших на землях с.-х. значения
  5. Разработать реестр лесных собственников и пользователей
  6.  Обеспечить гармонизацию данных земельного и лесных кадастров

Частично эти рекомендации уже реализованы в виде законопроекта, который принят в первом чтении.

В Украине меньше настоящих лесов, чем мы считаем, но имеются огромные перспективы для масштабного лесоразведения и внедрения систем агролесоводства.

Украина имеет самую высокую в мире распаханность земель и, как следствие, высокий уровень их деградации. Считается, что из 33 млн.га пашни, около 10 млн.га относится к низкопродуктивным, а около 5 деградировано в средней и сильной степени. В этих условиях работы по созданию древесных посадок разного типа, прежде всего на пахотных землях, является одним из основных государственных приоритетов. Это отражено в нескольких правительственных решениях. Однако планы по созданию новых лесов не выполнены даже в малой степени. Более того, за последние 5-7 лет годовой объем посадок уменьшился на порядок. Какой период времени понадобиться для залесения 2-3  млн.га деградированной пашни,  при создании 1,5- 2 тыс. га новых лесов в год, половина из которых гибнут до смыкания? Легко рассчитать, что значительно больше, чем прошло с момента Крещения Руси…, а это не тот лаг планирования, который может устроить государство.

Для изменения ситуации необходимо привлечь к лесоразведению, частный бизнес. Прежде всего разумно снять все ограничения, затрудняющие создание защитных, плантационных и иных древесных посадок на мало продуктивных и деградированных пашнях, а в дальнейшем разработать методы стимулирования этой деятельности. 

Единственным официальным источником данных о лесах Украины, является учет лесного фонда, проведенный по состоянию на 1 января 2011 года. Сроки следующего учета пропущены и когда он состоится никто не знает. В этой связи мы собственными силами провели разведочный учет лесов по данным лесоустроительной БД на 1.01.2016 году, получив все 5 форм по предприятиям Гослесагентства. Учет проведен в границах предприятий по состоянию на 1.01.2011 года. Таким образом он не включает данные о лесах принятых с 2011 по 2015 год – это около 500 тыс.га, но зато позволяет объективно оценивать их динамику.

Материал очень громоздкий поэтому я остановлюсь только на двух аспектах, по которым необходимо принятие срочных решений.

Учет показал значительное падение продуктивности лиственных лесов при переходе от возрастной группы «молодняки и средневозрастные», к возрастной группе «приспевающие, спелые, перестойные».

Особенно это характерно для твердолиственных лесов. Худшая ситуация в Харьковской области, где   доля низкопродуктивных лесов в   общей площади  «старых»  насаждений  почти на 50% больше, чем  «молодых»… Не многим лучше ситуация в Одесской и Полтавской областях.

Наблюдаемые изменения связаны с тем, что значительная часть лесов Украины исключена из эксплуатации. Дополнительно к 1 млн.га лесов ПЗФ, из эксплуатации исключено ещё 1,5 млн.га лесов других категорий. На наш взгляд, подобная стратегия лесов одна из причин их постепенной деградации.

Другая причина ослабления и ухудшения качества украинских лесов реализованная система назначения рубок ухода. В конце 90-х в Украине приняли новые таблицы полноты нормальных насаждений, а также правила назначения рубок, зависящие от относительной полноты. К примеру, проходные рубки можно назначать при полноте больше 0,8. Таких насаждений всего 10-15 % от общей площади лесов в возрасте назначения проходных рубок… Как результат площади уходов резко снизились и они начали заменяться мало интенсивными ВСР, лесоводственное воздействие которых на рост древостоев минимально.

Мы неоднократно обосновывали необходимость изменения ситуации… Основные рекомендации сводились к следующему.

 Услышали нас только в  Тетеревском лесхозе, который уже более 10 лет, пересмотрел подходы к назначению и интенсивности рубок.

Конечным результатом деятельности лесоводов является объем и качество заготовленной древесины. Статистика свидетельствует об общем неблагополучии. Качество заготовленной древесины закономерно ухудшается. В 2017 году из18.9 млн.кбм  11.6 – составили топливные дрова. Это более 61% в среднем по стране.

В стране параллельно действуют две системы ведения хозяйства одна основана на плановых рубках, а другая на рубках вынужденных.  В настоящее время они равнозначны по объему заготовки. Однако доля вынужденных рубок постоянно растет.

Экономическая эффективность лесного хозяйства в системе по европейским меркам остается крайне низкой. Это подчеркивает сравнение результатов работы лесных структур Латвии и Эстонии с работой предприятий ОУЛМГ зоны Полесья, областей, имеющих сходные по структуре и производительности леса.

Площадь лесов, управляемых RMK (Государственный лесной центр Эстонии), в 2,5 раза меньше, чем площадь лесов предприятий Гослесагентства в Полесье, годовой объем заготовки меньше почти на 3 млн.кбм. При этом полученные доходы почти одинаковы, а прибыль и рентабельность на порядок выше.

Причины подобных различий кроются в качестве и, как следствие, цене заготавливаемой древесины. В RMK доля остатков от объема заготовки 5% и часть из них используется на щепу, у нас 11,8 и почти всё остается на лесосеке; доля топливных дров у них всего 15%, а унас почти 44%; доля балансов у них 32% у нас 5,4% —      почти  6 раз меньше. Как следствие стоимость среднего обезличенного кубометра заготовленной древесины в Эстонии – 46 евро, а в Украинском Полесье только 24 евро.

Конечно причины различий не только в режимах выращивания, но и правилах сортировки, а также качестве маркетинга. Это ярко подчеркивает анализ данных о внешней торговле Украины с зарубежными партнерами. После вступления в силу закона о моратории остался единственный вид древесины в круглом виде, поставляемый на экспорт в круглом виде – дрова топливные в виде колод (44011).

Более глубокий анализ показывает, что вся торговлю «топливными дровами» предприятия Госкомлесхоза ведут через посредников, а конечным потребителям продукции являются в основном плитные, целлюлозные заводы, либо торговые дома их обслуживающие.

То,  что в Украине до сих пор действует система классификации древесины не имеющая аналогов давно доказано. Более того, проект давно разработал европейски ориентированную систему классификации древесины и руководство по её внедрению. Она успешно прошла производственную проверку в одном из лесхозов Черниговской области, но пока не востребована Гослесагентством.

Если Гослесагентство всерьез намерено повышать экономическую эффективность государственного лесного хозяйства и ориентироваться на европейские рынки,  то начинать надо именно с перехода используемые в мире методы измерения и классификации древесины, а также поиска прямых торговых контактов с конечными потребителями древесины, способными платить за неё максимально высокие цены.

К сожалению, государство пока не справляется с задачей наведения порядка на рынке древесины. Этому есть объективные объяснения.

Государственные леса Украины, находящиеся в ведении Гослесагентства, имеют одного собственника – ГОСУДАРСТВО и одного управляющего. Однако заготавливаемая в ней древесина является собственностью постоянных пользователей, которых более 300 и которые самостоятельны в распоряжении своей собственностью. Многолетние попытки регулировать торговлю с помощью приказа №42 особого успеха не имели. Он никогда не выполнялся и не смог предотвратить развитие коррупционных методов торговли.

Приказ обязывал выставлять на аукционы всю древесину, но значительная её часть реализовалась по прямым договорам, как на экспорт, та и на внутренний рынок.  В 2017 году доля прямых внутренних поставок безусловно возросла, а экспортных уменьшилась, но точных данных в нашем распоряжении пока нет.

Важная задача государственного лесного хозяйства – обеспечивать развитие конкурентной деревообработки, без наличия которой трудно обеспечить высокие доходы лесного хозяйства и рост вклада лесного сектора в ВВП страны. Несмотря на недавний запуск нескольких крупных деревообрабатывающих заводов статистика производства не показывает улучшений. Ожидаемого увеличения производства пиломатериалов статистика не показывает. Это выглядит странным и я предполагаю, что цифра по году будет уточнена. Украинский экспорт пиломатериалов всё в большей мере превышает официальную статистику их производства. Это свидетельствует о том, что в стране продолжает расти теневое лесопиление, которое по определению не конкурентоспособно и коррупциогенно.

На фоне моратория Гослесагентство вернулось к политике инвестирования в лесопиление.  За три года объем деревообработки увеличился лесхозами более чем на 50% и если темпы роста сохранятся, то через пять лет достигнет 4 млн.кбм. Негативные последствия этого хорошо известны, однако Гослесагентство их на признает, утверждая, что без деревообработки «лесное хозяйство – ляжет».

В этой связи напомню, что:

  • многие успешные лесные предприятия не занимаются лесопилением;
  • переработка древесины не относится к лесохозяйственной деятельности. Её развитие на лесных предприятиях создает конфликт интересов;
  • государственные лесные предприятия забирают древесину для переработки по себестоимости, вне каких-либо открытых процедур торговли. Это нарушает правила честной конкуренции и чревато судебными разбирательствами;
  • на стоимость древесины, отправленной в переработку, не начисляется НДС, что ведет к прямым экономическим потерям государства и ставит частных деревообработчиков в неравные условия;
  • государственные лесные предприятия имеют возможность манипулировать качеством древесины: по отчетности перерабатывая топливные дрова, а фактически деловую древесину;
  • Гослесагентство не показывает экономических показателей деревообработки, в связи с чем сложно оценить её конкурентоспособность;
  • стоимость распиловки древесины частными структурами в среднем заметно ниже, чем государственными. В связи с этим, всё в большей мере используется практика заказа услуг лесопиления, ещё не получившая правовой и экономической оценки, однако безусловно являющаяся коррупциогенным видом деятельности.

В любом случае стратегия развития деревообработки в системе Гослесагентства должна быть экономически обоснованной и публичной.  Вероятно, разумным следует считать производство топливных дров  и топливный щепы, однако развитие лесопиления требует  экономического  и правового обоснования.

В числе других факторов, характеризующих ситуацию на рынке назову:

  • увеличение объемов вынужденной заготовки низкокачественного сырья;
  • разбалансированность спроса и предложения в разных сегментах рынка: при ажиотажном спросе на качественный дуб, росте дефицита хвойного пиловочника, уменьшается спрос на низкокачественные маломерные сортименты;
  • обострение конкуренции между мелким и крупным бизнесом, ставшее особенно явным в ходе электронных торгов.

 На мой взгляд лучшим решение была бы отмена моратория, с одновременным принятием пакета мер по наведению порядка на рынке древесины.

На экспортном рынке древесины и произведенной из неё продукции действуют тысячи игроков, специализирующихся на разных видах продукции и ориентированных на разные рынки. Оперируя средними по стране цифрами невозможно понять суть происходящего.  Для облегчения восприятия мы разбили всех экспортеров на три группы:

  • предприятия Гослесагентства (ГАЛР) – являющиеся основными продавцами древесного сырья, а также достаточно крупными деревообработчиками и экспортерами;
  • другие предприятия (Другие) -экспортеры – в числе которых абсолютно преобладают представители частного бизнеса. /Влияние немногочисленных государственных (исправительные колонии и т.п) и коммунальных предприятий ничтожно, в связи с чем они не выделялись в отдельные группы экспортеров/;
  • физические особы- предприниматели (ФОП) – категория деревообработчиков- экспортеров, работающих на упрощенной системе налогообложения и статистической отчетности.

Карты-схемы, представленные на слайде 22, демонстрируют значимость каждой из выделенных групп в экспорте древесины и продукции из ней в целом (код 44), а также топливной древесины (4401), древесного угля (4402) и пиломатериалов (4407) в каждой из областей страны.

При явном доминировании частных компаний по стоимостному объему экспорта, государственные лесные предприятия и ФОП внося весомы вклад в экспорт продукции первичной переработки древесины (пиломатериалов, топливной древесины и древесного угля). Структура экспортеров кардинально различается по областям, что надо учитывать при планировании развития сектора.

Потеря около 40 млн. USD за счет запрета экспорта сосновой древесины в круглом виде была компенсирована увеличением экспорта пиломатериалов, шпона, топливной древесины, столярных изделий и иной продукции. Стоимостной объем экспорта за 5 месяцев 2017 года оказался на 89 млн. USD или почти на 19% выше аналогичных показателей прошлого года. Подобный результат достигнут в основном за счет увеличения экспорта пиломатериалов, шпона, топливной древесины и столярных изделий. Рост был отмечен по большинству позиции. Наибольшие темпы роста отмечены при экспорте фанеры. Экспорт ДСП и шпал практически не изменился.

В начале доклада я говорил, что состояние лесного хозяйства Украины определяется состояние лесного хозяйства в системе Гослесагентства. Поэтому есть смысл рассмотреть их внимательнее. Прежде всего обратите внимание на динамику ЗП и рентабельности.

За последние годы ЗП предельно дифференцировалась. Ещё большие различия наблюдаются при анализе БД электронных деклараций о доходах. У одинаковых чинов лесной охраны, с одинаковыми полномочиями, профессиональными требованиями и ответственностью уровень заработной платы различается в десять и более раз.

При этом рост ЗП не сопровождается ростом рентабельности производства. Рентабельность подавляющего числа предприятий значительно ниже минимальных банковских ставок на сбережения.

Сложившуюся ситуацию объясняют сверх высокими налогами, которые должны платить лесные предприятия. Это не совсем так.

Действительно, после окончания периода льгот резко увеличился рост НДС, но этот налог оплачивают покупатели древесины и на лесное хозяйство он не влияет. Отягощением являются военный сбор и дивиденды. Однако на рост этих налогов предприятия ответили снижением рентных платежей и налога на прибыль.

В результате у большинства из них средств хватила, чтобы за годы войны увеличить зарплату своим работникам в 2-3 раза в твердой валюте.

Подобная динамика экономических показателей объясняется тем, что в СИСТЕМЕ Гослесагентства используется хозяйственный механизм, позволяющий платить разную заработную плату за одинаковый труд и по- разному оценивать одинаковые работы. Система рентных платежей никак не связана с рентой и не выравнивает условий работы постоянных пользователей, имеющих разные по качеству и объему ресурсы. Реализуемая стратегия сводится к максимизации затрат путем неограниченного повышения заработных плат, а также вспомогательных затрат, не связанных или мало связанных с производством. Побочным следствием подобного подхода является экономически необоснованное повышение стоимости работ на предприятиях с хорошим лесом и высокими доходами, дифференциация заработной платы работников, различные финансовые возможности ведения лесного хозяйства, а также минимизация прибыли

Проект не раз в течении этого года обращал внимание на финансовые аспекты работы системы государственного лесного хозяйства.

В целом статистика свидетельствует о неблагополучии лесного хозяйства и проблемах в развитии лесного сектора в целом. Это явный сигнал о том, что необходимы реформы.

Спасибо за Ваше терпение.

Извините за фрагментарность изложения, которая неизбежна при попытке охватить необъятное. Я надеюсь, что каждый из блоков данной работы привлечет внимание власти и будет рассмотрен более глубоко.

Это моё последнее выступление в рамках проекта, поэтому я хочу поблагодарить Всемирный Банк, Профор и лично Эндрю Митчела за подаренную возможность ещё год полноценно поработать по специальности.

Спасибо всем коллегам. Надеюсь у нас ещё будет шанс встречаться… Веское основание для этого есть – РАБОТЫ ВПЕРЕДИ БОЛЕЕ ЧЕМ ДОСТАТОЧНО.

М.Попков

Похожие записи

Добавить комментарий